Сегодня мы знакомимся с творчеством Валерии Удаловой — современной художницы, работающей на стыке абстракции и сюрреализма. Ее работы, известные ценителям под псевдонимом Sabatovski, — это не просто полотна, а глубокие философские послания, где «древо жизни» и человеческое сердце становятся проводниками в мир самопознания. Творчество Валерии тесно переплетено с экологическим активизмом и гуманистическими ценностями, что подтверждается ее сотрудничеством с международной организацией Greenpeace. О пути от детского увлечения до масштабной выставки в Лондоне в июне 2026 года читайте в нашем эксклюзивном интервью.
Валерия, с чего началось ваше осознанное погружение в мир искусства? Помните ли вы тот момент или событие, которое подтолкнуло вас выбрать именно абстракцию и сюрреализм как основные языки самовыражения?
Я честно признаюсь, что тяга к искусству у меня была сильной еще с самого детства. Подозреваю, что нужно поблагодарить моих невероятно талантливых близких женщин — тетушку и бабушку. Насколько эта тяга была сознательной или нет — я не задавала тогда себе такой вопрос. Если честно, то искусство, а особенно живопись, всегда было для меня большим, чем просто рисование или возможность купить новенькую краску и хорошо провести время. Я начала замечать проявления своей немного бунтарской натуры еще на школьных уроках искусства: получая задание, я не спешила просто слепо его выполнить, а вместо этого старалась добавить какой-то смысл тому, что я чувствую в момент работы над рисунком.
Сейчас я уже взрослая. Столкнувшись уже, к сожалению, с двумя войнами и оглядываясь на мир и людей вокруг, я уже не хочу идти против них, но вместо этого пытаюсь найти точку единения мира, ту гармонию, которую, как мне кажется, мы как человечество потихоньку начинаем терять. Сюрреализм для меня стал идеальным стилем, потому что так в зашифрованной форме я могу направить человечеству послание.
Такие знаковые для вас образы, как «древо жизни» и сердце, появились в ваших работах с самого начала или стали результатом длительного поиска?
Я прошла долгий путь в поиске «того самого своего стиля». Достаточно много лет рисовала только портреты людей и животных. Мне нравилось то ощущение «фотографирования» кистью или карандашом радостного момента чьей-то жизни. Получая свои портреты, люди описывали свои чувства счастья и теплоты, которые, как большинство говорили, идут от сердца. Тогда я поняла, насколько действительно редко мы обращаемся к своему сердцу, потому что нас учили слушать только разум, чтобы «не наделать ошибок». И я задумалась… А может, и правда иногда слушать сердце — это и есть чувствовать жизнь?
Так, рисуя портрет за портретом, я начала тайком от всех пробовать изобразить то, что у меня выходит от сердца. Но что у меня больше всего болело? Что я могу сделать и могу ли вообще? Наибольшее впечатление на меня произвел мультфильм «Король Лев», где отец Муфаса рассказывал сыну о «великом круге жизни», где мы все — одно целое. Так со временем в моем стиле появилось «Древо жизни» как символ единения всего живого и моя первая картина в уже сформированном моем стиле — «We are all One» («Мы все одно целое»).
Какие трудности на начальном этапе карьеры сильнее всего повлияли на ваш творческий почерк? Как сопротивление или, наоборот, поддержка среды сформировали вас как художницу?
Как я уже говорила в начале, мне действительно нужно поблагодарить своих тетушку и бабушку за талант, который они передали мне как следующему поколению. Так же как и отца, который никогда не сомневался в силе моего вдохновения и моей «легкой руки», как он в шутку подмечал. Но мой путь не был столь легким, как мне хотелось бы.
Несмотря на успехи в учебе в качестве ученой, я все равно никогда не бросала искусство, потому что невозможно остановить то, что идет из самого сердца. Я слышала разные мнения: «чтобы быть действительно профессионалом в такой сверхсложной области, нужно родиться Фридой Кало или быть таким же эксцентричным, как Сальвадор Дали», «ты просто тратишь свое время»; некоторые вообще не верили, что картины или портреты рисую я, зная о моих талантливых близких женщинах.
Но остановило ли это все меня? Как вы можете заметить, ни коим образом! Потому что каждое теплое слово, каждая улыбка, каждая просьба «а покажи и мне свои работы», каждая приятная дискуссия о том или ином художественном стиле давали мне понять, что искусство может объединить даже сильнее, чем многие могут себе представить.
Что для вас первично в центральных символах вашего творчества: их биологическая связь с природой или сакральный, духовный смысл, который они несут?
Для меня каждая картина и ее главные символы несут как сакральный смысл, так и показывают биологическую связь с природой. Посмотрите на научный фотоснимок нервной системы человека. Чем он отличается от кроны большинства деревьев, которые мы видим в парке, в лесах, просто на улицах?
Я считаю, что можно «рассказать» историю кистью и показать духовное единение со всем живым. Но можно также не забывать, что наша биология и то, что мы считаем «сухими научными фактами», — это тоже часть сакрального, природного. Поэтому с уважением к своей биологической сути мы будем жить и с уважением к нашей сакральной связи со всем живым.
Ваши стили требуют от зрителя активной работы воображения. Важно ли вам, чтобы человек считал именно вашу задумку, или вы приветствуете полную свободу интерпретаций?
Для меня прежде всего важно то, что сами зрители видят и чувствуют, когда смотрят на мои картины. О чем они думают, когда видят полотно впервые, а что — в третий или десятый раз. Когда видят вживую и когда видят на фото или видео. Моя задача как художницы — передать свои чувства на суд зрителю. Мне важно привлечь внимание. Важно, чтобы зрители задумывались над своим, даже если они знают идею полотна, чтобы даже спорили, передавали свои мысли близким, мне. Это и есть та связь и то самое единение, ради которого, по моему скромному мнению, искусство должно и будет жить.
Вы часто упоминаете терапевтическую роль живописи. Можете ли вы поделиться историей, когда ваше искусство помогло объединить людей или стало для кого-то инструментом личного исцеления?
Хотя моя идея единения и морального исцеления душевных ран является одной из центральных, я никогда даже не могла представить, что одна из моих работ сделает это настолько (как для меня, конечно) масштабно. Картина «Серце, яке залишилось сильним» («Heart that remains strong») родилась из глубоко личного чувства — размышления о болезни, стойкости и тихой силе женщин. Она вдохновлена двумя женщинами, которые глубоко повлияли на мою жизнь: моей бабушкой, противостоявшей раку, и моей младшей сестрой, которая каждый день живет с диабетом. Когда я показывала эту работу друзьям, коллегам и просто хорошим знакомым, они почти всегда делились со мной своим тяжелым опытом или опытом своих самых близких. Многие после разговора со мной и увидев это полотно, наконец-то за долгое время звонили своим родителям, забывали обиды на друзей и писали им теплое «Привет. Как ты?». Я была немного шокирована, но так довольна, что у кого-то наконец-то состоялся долгожданный разговор, у кого-то появилось вдохновение, надежда и понимание, что жизнь не так уж плоха, а время не такое уж несправедливое, как может казаться.
Передача картины в лондонский офис Greenpeace — это сильный жест. Какое послание вы заложили в это полотно для тех, кто ежедневно занимается спасением планеты?
Как большая поклонница деятельности организации, я довольно долгое время хотела подарить одну из своих картин лондонскому официальному офису. Так наконец и сделала, хотя немного сомневалась, что Greenpeace примет мой жест. Эта работа имеет проникновенное название «We are all One» («Мы все одно целое»), демонстрируя, насколько люди неотделимы от того, что они так отчаянно пытаются эксплуатировать. Это мой знак поддержки для такой важной организации. Конечно, я надеюсь, что смогу сделать больше, потому что останавливаться еще очень и очень рано. Я глубоко верю, что искусство и экологический активизм могут работать вместе во благо нашей планеты и нас самих.
В какой момент ваше творчество неразрывно переплелось с экологическим активизмом? Было ли это эмоциональным порывом или осознанным решением использовать эстетику как инструмент защиты природы?
Мой путь к экоактивизму тоже был долгим, как и мой путь к «тому самому моему стилю». Это началось с бережного обращения с мусором, далее — поэтапный отказ от пластика и изделий из меха. В художественном плане мой путь начался со школьной художественной выставки «Спасайте лес от пожаров». Нашей задачей было призвать человечество (по крайней мере, хотя бы нашу школу и своих родителей) быть осторожными с окружающим нас миром, частью которого мы являемся. Вспоминая тот вечер творчества уже во взрослом возрасте и глядя на работы известных экохудожников, таких как Banksy, Blu, Эрнест Захаревич и других, я поняла: искусство — это не только о красках, о чем-то необычном, об истории, но это может также стать сильным жестом поддержки. Особенно в такой важной теме, как сохранение нашего единственного дома — нашей Земли.
Как вы считаете, способно ли визуальное искусство быть эффективнее цифр и фактов в вопросах экологии, и чувствуете ли вы ответственность за просвещение своей аудитории?
Безусловно, я считаю, что искусство само по себе не заменит цифры, факты, физическую и финансовую помощь. Но я беру на себя ответственность уверенно и громко заявить, что в такой нелегкой миссии каждый голос, каждый неравнодушный жест имеет большое значение.
Нет маленьких и больших добрых дел. Существуют просто добрые дела и открытые неравнодушные сердца, которые эти жесты делают (конечно, по силам и по своим ресурсам). Надеюсь быть полезной тоже.
Если оглянуться на ваши работы разных лет, как изменилось ваше техническое мастерство и работа с цветом? Какие новые грани вашего «я» раскрылись в последних полотнах?
Пересматривая свои работы из прошлого и сравнивая их с сегодняшними, я заметила не только сухое улучшение техники и повышение качества самих картин. Также я сама для себя отметила, и это заметили мои близкие, что мои полотна, их «настроение» и посыл меняются вместе со мной. Еще два-три года назад я использовала яркую палитру цветов, преимущественно красные оттенки. Для меня это чувствовалось как борьба — то ли все еще с миром, то ли с самой собой. И, безусловно, это влияло на генерацию самой идеи работы, на осторожность (или нет) мазков краской и даже на понимание моих картин зрителями.
Сейчас я чувствую себя морально гораздо лучше, я более уверена в своих идеях и посылах, которые хочу донести. Я все больше использую теплые и «спокойные» оттенки, появились даже коричневый, зеленый. Также стало больше акварельных красок вместо исключительно акрила. Я выбрала акварель как основной материал за ее текучесть и непредсказуемость. Для меня она демонстрирует неконтролируемую природу эмоций — как жизнь может расплываться, «кровоточить», но в то же время создавать неожиданную красоту. Акварель требует легкого самоотречения, потому что она заставляет меня доверять процессу, так же как нужно доверять времени и исцелению.
После многочисленных побед в международных конкурсах (Golden Time Talent, Grand Final), что для вас сегодня является истинным признанием — международный статус или «тихий диалог» зрителя с вашей картиной?
Прежде всего для меня важно донести свои идеи, видение мира, обратить внимание человечества на проблемы, которые гораздо важнее междоусобных «игр». Через свои работы мне бы хотелось вести «беседу» со зрителями: для кого-то тихо, успокаивая и поддерживая, для кого-то, возможно, стать громом среди ясного неба — открыть внутреннюю силу и уверенность. Если все больше и больше людей будут знакомы с моим творчеством, это поможет мне в моей маленькой миссии, безусловно. В единении не против кого-то, но ради чего-то — это самое главное, не так ли?
В июне 2026 года в Лондоне состоится ваша масштабная выставка. Увидим ли мы на ней продолжение уже знакомых серий или вы готовите смелые эксперименты, которые удивят публику?
Уже жду еще одного момента, чтобы поделиться своим творчеством с миром. Но мои запланированные идеи хотела бы придержать для вас в тайне. Пусть это будет приятным сюрпризом.
В мире современных технологий и глобальных вызовов, какой вы видите роль художника? Способно ли искусство сегодня реально влиять на будущее человечества и его связь с Землей?
С начала зарождения человечества графические изображения и рисунки были неотъемлемой частью нашей истории. Эти работы имели и будут иметь большое значение как для ныне живущего поколения, так и для будущих. Для меня искусство и творящие художники — это как проводники во времени, стражи истории и культуры своих стран и королевств. И пока во всем мире будут рождаться талантливые художницы и художники, живопись будет жить. Я в этом уверена.
