Мир искусства постоянно ищет новые формы выражения, однако техника КОДРЫСЫ занимает в нем особое место. Это не только живопись или графика, а глубокий медитативный процесс, в котором рука художника становится проводником для образов, скрытых за порогом повседневного восприятия. В данном интервью мы погружаемся в философию этого уникального метода, признанного на международной арене, и исследуем, как личная история, интуиция и энергия великих мастеров прошлого сплетаются в единый визуальный язык, способный исцелять и давать ответы на самые сокровенные вопросы.
Elzbieta, техника КОДРЫСЫ описывается как «зрелая форма автоматического рисования». Как изменилось Ваше внутреннее состояние в процессе творчества на протяжении многих лет: стало ли Вам легче входить в это состояние или, наоборот, образы стали более сложными и требуют больше энергии?
У меня никогда не было проблем с тем, чтобы войти в высшее состояние ума. Это происходит у меня автоматически, почти сразу после того, как я беру в руки инструмент. Однако я заметила, что иногда трудность представляет не сам процесс, а человек, для которого я рисую КОДРЫС. Когда я чувствую сильную энергетическую блокировку со стороны получателя, мне приходится прерываться, делать паузу и возобновлять рисование через некоторое время, а иногда я делаю это по нескольку раз, что требует от меня гораздо больше сил и энергии. В самом начале мои работы были очень застроенными, плотными и сложными графически. Сейчас они менее сложны и более читабельны, что является результатом их перевода в живописную форму. Самым потрясающим и изнурительным энергетически опытом была ситуация, когда я рисовала КОДРЫС для поляка, который пропал на территории другого государства. По моему рисунку удалось точно указать это место — многие детали совпадали даже в сравнении со спутниковыми снимками. К сожалению, помощь пришла слишком поздно. Это событие показало мне, какая огромная ответственность связана с моим даром. Теперь мои работы, возможно, менее сложны графически, но зато гораздо глубже по содержанию.
Вы упоминали, что КОДРЫСЫ помогают увидеть «невидимое». Были ли случаи, когда расшифровка рисунка радикально изменила жизнь человека, для которого он был создан, или помогла найти ответ на вопрос, который годами казался неразрешимым?
Да, это правда — они помогают увидеть и понять то, чего мы не видим невооруженным глазом. КОДРЫСЫ объясняют людям их сложные жизненные ситуации. Помню женщину, которая после потери мужа и сына закрылась в доме, как улитка в раковине. КОДРЫС тогда ясно подсказал ей, чтобы она не жила прошлым и не тонула бесконечно в боли, а открылась людям. Другой человек спросил: вернется ли мужчина, которого она любит? Ответ был: нет, потому что он уже был с другой женщиной. Еще один человек годами задавался вопросом, обокрал ли его брат — рисунок подтвердил эти опасения, дав четкий ответ: да.
КОДРЫСЫ раскрывают многие человеческие травмы, но также и юмористические ситуации. Любопытно и то, что в этой технике время не играет роли. Знакомый, который утверждал, что является реинкарнацией мифической Гаруды, попросил меня нарисовать ему КОДРЫС. Перед вернисажем я позвонила ему и спросила об одном элементе, который я отчетливо видела в его рисунке и о котором он раньше мне не упоминал — почему я вижу там виману, то есть древний космический корабль? Тогда он начал рассказывать мне о связи виманы с Гарудой. Об этом можно рассказывать бесконечно, потому что каждый КОДРЫС — это иная тайна и иной взгляд на человека.
Символика играет важную роль в Вашем творчестве. Появились ли в последнее время в Вашем «алфавите» новые символы как ответ на современные глобальные вызовы, или КОДРЫСЫ всегда обращаются к извечным, архетипическим образам?
В КОДРЫСАХ с точки зрения символики нет трендов, зато появляются удивительные и неожиданные сравнения. Каждый знак появляется как ответ на конкретную ситуацию и должен служить максимально четкой передаче информации. Примером может быть случайная беременность, сравнимая с игрой в йо-йо. Кот, помещенный на Дворец Бракосочетания, означает гражданский брак, а мобильный телефон символизирует поток духовной информации. Таких неочевидных сопоставлений очень много. Я использую символы, которые в данном контексте будут наиболее понятны получателю. В случае современных символов и архетипов всегда проявляется тот, который в данном контексте более понятен. Если смысл лучше передает архетип — появляется архетип. Если же более адекватным является современный символ — используется он. Форма символа всегда подчинена ясности и точности передачи информации.
Уже более года Вы являетесь участником проекта Global Talent Confederation. Не могли бы Вы рассказать нам о самых важных событиях и действиях, имевших место в ходе Вашего членства?
Это был год, полный невероятных впечатлений. Самым важным событием стало участие в Фестивале Всемирной Конфедерации Талантов в Лондоне и Большой Гала-ужин в роскошном отеле The Chesterfield Mayfair. Получение Сертификата в знак признания моих работ и возможность подружиться с художниками высочайшего ранга со всего мира стало для меня бесценным опытом.
Следующим важным шагом стал Арт-тур в Испании. Там я смогла воочию познакомиться с шедеврами Сальвадора Дали и Пабло Пикассо. Театр-музей Дали произвел на меня колоссальное впечатление — его работы невероятно резонировали со мной. Я также познакомилась с работами мастера архитектуры Антонио Гауди и его знаменитой Саграда Фамилия. Все это, наряду с пленэрами в садах Санта-Клотильда, стало великолепным сосредоточением художественных идей и дружеских связей с художницами из более чем двадцати стран. На моем местном форуме я получила награду мэра Барцина за совокупность творческой работы и провела выставку в подземельях дворца в Любостроне.
Ваш период членства в Конфедерации совпал с активным развитием Вашего бренда. Какое профессиональное достижение этого года стало для Вас как художницы самым важным? Чувствуете ли Вы поддержку сообщества в прокладывании того «нового пути», о котором Вы упомянули?
Самым важным профессиональным достижением в 2025 году, несомненно, стала номинация и получение титула «Художник Европы 2025» в Венеции. Я подала свою кандидатуру через Pitturi Amo и стала лауреатом, чему предшествовала тщательная проверка. Верю, что мои прежние достижения в Global Talent Confederation должны были быть там замечены.
Я чувствую огромную поддержку и заботу со стороны Конфедерации — принадлежа к вам, я чувствую себя сильнее и увереннее в том, что делаю. Мне нравится, что вы заботитесь обо всех, а вопросы, которые вы задаете, свидетельствуют о высоком профессионализме и глубоком, вдумчивом интересе к творческой работе каждого художника. Я чувствую, что благодаря этой поддержке мне легче идти по этому новому пути.
В ноябре 2025 года состоялся Global Talent Confederation ART TOUR. Какое влияние на Ваши новые работы оказала культура, свет и архитектура Испании? Появились ли в КОДРЫСАХ под влиянием этой поездки новые цвета или ритмы?
После возвращения из Испании я заканчивала еще несколько КОДРЫСОВ, но именно там у меня возникли совершенно новые идеи по изменению графического оформления моих работ. Этот испанский свет и специфический ритм архитектуры заставили меня иначе воспринимать пространство на бумаге. На днях я начну новый проект и сама крайне заинтригована тем, каким будет конечный результат влияния испанской культуры на мои внутренние видения.
Арт-тур по Испании — это выход за пределы зоны комфорта. Столкнулись ли Вы во время этой поездки с какими-либо новыми вызовами или неожиданными источниками вдохновения, которые заставили Вас по-новому взглянуть на собственные «коды» и технику рисования?
Погружаясь в искусство мастеров, невозможно было пройти мимо их произведений равнодушно. Каждое из них сильно воздействовало на мои чувства, и особенно близкой моему сердцу стала графика на бумаге ручной работы, которую я видела в Испании. Я всегда хотела попробовать сделать такую бумагу сама и теперь горю желанием провести этот эксперимент — мне очень любопытно, как на ней будет выглядеть КОДРЫС. Что касается работ на больших поверхностях, у меня также появились новые идеи, которые я намерена вскоре использовать, выходя за рамки прежних схем моей техники.
Вас вдохновила идея использования бумаги ручной работы после поездки в Испанию. Насколько важна для Вас «материальность» работы? Может ли текстура бумаги или способ ее изготовления изменить сам энергетический «код», проявляющийся на ней?
Думаю, что бумага ручной работы привнесла бы крайне интересные визуальные ощущения. Ее неровная текстура и естественный цвет поверхности придают работе благородство, а создание КОДРЫСА в монохромной версии могло бы дополнительно подчеркнуть его мистический характер. Однако что касается самого энергетического кода, я могу сказать одно — бумага на него не влияет. Она не в состоянии изменить содержание сообщения, которое остается неизменным независимо от поверхности или носителя, на котором оно зафиксировано. Материя — лишь слуга духа.
Вы упомянули о работе над книгой о Варшавском восстании и истории своей семьи. Влияют ли эти тяжелые исторические воспоминания на Ваше сегодняшнее творчество? Могут ли КОДРЫСЫ помочь Вам и Вашим читателям справиться с коллективными травмами прошлого?
Я глубоко благодарна своей маме за то, что смогла узнать судьбу своей семьи в период Второй мировой войны. Прямого отклика этих воспоминаний в КОДРЫСАХ нет, но я заметила другое — я поняла, что являюсь суммой их взглядов и характеров. То, что они пережили, их честь, героическая позиция в каждой трудной ситуации, позволили мне осознать мою собственную силу, благодаря которой я преодолела огромные жизненные трудности, никогда не идя на компромиссы. К слову, эта книга очень интересная и может заинтересовать многих; чтобы ее завершить, я все еще жду документы из Института национальной памяти.
Эта сила была мне необходима и для того, чтобы не сойти с выбранного творческого пути, несмотря на то, что большинство галерей отказывали мне в выставках. Зато люди с огромным интересом смотрели и слушали рассказы о КОДРЫСАХ, а другие всё еще ждут книгу, которую я о них напишу. Что касается преодоления коллективных травм — вы задали очень интересный вопрос, это большой вызов. Мне самой любопытно, появится ли в этой области ясный ответ со стороны КОДРЫСОВ.
История Вашей семьи полна героизма и силы духа. Если бы Вы создавали КОДРЫС, олицетворяющий связь поколений и «генетическую память», какой ключевой символ, по Вашему мнению, мог бы появиться в его центре?
Если бы мне пришлось создать такой КОДРЫС, это была бы душа поляка. В его центре обязательно появился бы Белый Орел, а вокруг него — избранные сцены из истории нашей страны: Гусария, Грюнвальд, Варшавская битва, Монте-Кассино. Вокруг этих событий были бы обычные люди — такие, как мои бабушка и дедушка, которые, несмотря на превратности судьбы, умели достойно противостоять любым трудностям. Настало время мира, но жизнь по-прежнему подвергает нас испытаниям — проверяет нашу стойкость, смирение и честность. Думаю, что я сдала этот тест на 5+, и именно благодаря моим корням и силе предков, которая течет во мне. Эта генетическая память — мой фундамент.
Если бы Вы могли представить идеальную галерею будущего, где проходила бы выставка КОДРЫСЫ, где бы она находилась и какая атмосфера царила бы внутри, чтобы зритель мог как можно глубже погрузиться в медитацию?
Я представляю это так: на последнем этаже изящного небоскреба, там, где небо встречается с линией моря, находится ателье будущего — святилище, созданное специально для КОДРЫСОВ. Это пространство, в котором искусство дышит светом, а свет реагирует на эмоции. Над всей галереей парит крыша из умного стекла. Его поверхность меняет цвета подобно живому организму — синеет, когда море спокойно, светится золотом во время заката, а в пасмурные дни окутывает интерьер мягким перламутровым сиянием. Ночью она может принимать глубокие оттенки фиолетового и темно-синего, создавая впечатление, что ателье дрейфует в космическом пространстве.
Панорамные окна открываются на безбрежность воды. Волны отражают свет, будто желая участвовать в создании экспозиции. В фоне звучит нежная релаксационная музыка. Звуки реагируют на движение посетителей, создавая впечатление, что пространство слушает и отвечает. У каждого КОДРЫСА есть свое собственное полукруглое место — современная интерпретация дворцовых подземелий. Ниши подсвечены мягким светом, который подчеркивает структуру и энергию каждого произведения. В центре находится минималистичная творческая зона, где новые работы рождаются в ритме меняющегося неба.
Вы упомянули, что КОДРЫСЫ — это дар ясновидения и высоких вибраций. Как Вы заботитесь о своем энергетическом балансе и как восстанавливаетесь после работы над тяжелыми в эмоциональном плане случаями, такими как поиск пропавших людей?
В 2025 году Вы получили в Венеции престижный титул «Художник Европы». Как это высокое международное признание повлияло на Ваше внутреннее чувство миссии? Чувствуете ли Вы теперь большую ответственность за распространение своего метода в мире?
